Maria Bertel & Maria Diekmann

Live in Murmansk

Mastering: Moa Pillar
Artwork: Ivan Zoloto
Available
рецензия

Судя по второму релизу нового лейбла Ивана Золото School of the Arts, от этой барселонской конторы с карельской душой все-таки не надо ждать чего-то «щадящего», «уравновешенного», «музыкального» и т.п./т.д. Первая их кассета была альбомом «Elegie» от Габриеле де Сеты (он же — Naturalismo). Запись представляла собой почти час испорченной, поломанной, хромающей на отросток от ноги музыки. Ее смиренная красота шумов и шума раскрывалась только в том случае, если слушатель был готов весь этот час столь же смиренно и внимательно вникать чему-то вроде всплесков ряби на поверхности моря гнили. Иными словами, «Элегия» звучала ровно как надо — то есть так, что в процессе знакомства с этим шквалом малоприятных издыханий внутри вдруг прописывалось чувство острой необходимости в такой музыке.

 

В пресс-релизе «Elegie» еще сообщалось, что та кассета — первая весточка придуманной School of the Arts так называемой «Death Series», то есть «серии смерти». Почему-то делая из этого необоснованное предположение о порядке работы School of the Arts, многие (не буду показывать пальцем) обрели совершенно не имеющее ничего общего с реальностью представление о том, как будет звучать второй релиз лейбла, стоит лишь ему выйти не в рамках «серии смерти». Думалось, что будет какая-то щемящая красота, простота лишенных интенсивности жестов, исследование методики глубокого прослушивания, что-то такое или почти такое. Результат — прямо противоположный: на записи мурманского (2017 года) выступления тромбонистки Марии Бертель и скрипачки Марии Диекманн слышно отчужденность, вызов, шум и шумы. Большую часть времени исполнительницы на записи играют сами по себе, без аккомпанемента и вне диалога друг с другом, перемежая такие отрывки дуэтами, — но сначала пойди пойми при всем при том, где тут дуэты, а где — сольные выступления. Слух привыкает к выбранному импровизаторками звучанию инструментов не сразу, в начале немного отказываясь совершать надобное для этого усилие, противясь злостному лоу-файному сгустку яда, открывающему альбом. Впрочем, стоит только наступить привыканию, как за слышимой стеной каких-то бесконечных раскатов обнаруживается комментарий к вечному спору о том, нужна ли импровизации конкретная идиоматика или же лучше, когда она обходится без нее. В звуках, извлекаемых Бертел и Диекманн, то тут, то там слышатся блюзовые интонации, родная любому поклоннику классического рока преданность популизму как стилистической основе игры, попытки в совместном диалоге не «поговорить», а дойти до экстатического слиянию двух инструментов в один.  Мир давно уже узнал, что выбрать народный путь и вдарить рока — это часто и значит играть вне системности заранее выбранной для выражения музыкальной грамматики. Но, честно говоря, мало кто демонстрировал эту тождественность со сравнимым недружелюбием по отношению к тем, кто эту музыку потом будет покупать. Ну и правильно: хорошие артисты знают, что хорошему слушателю зона комфорта ни к чему.

 

Олег Соболев для STELLAGE