Jon Doe One

Horror Vacui

Mastering: Uwe Teichert
Artwork: Allon Kaye
Available

В связи с перебоями в работе служб доставки, дата поступления товара в продажу не определена / Sadly we can't guaranty delivery date due to postage breakdown.

 

Music nowadays is a crime. The whole dark art consisting in whether the composer opts for death by suffocation (maximalism) or death by strangulation (the perennially fashionable anti-fashion that is minimalism). Jon Doe One’s debut record, Small Numbers, involved layer after layer of obsessive construction. Faced with its delirious palimpsest of rhythm
and sound, listeners — those curious lost souls, I count myself amongst their ranks, alas — had no choice but to gag on the expansive ensemble. In other words, the composer had done all the hard work for us. To guard against this oversight, and his own imaginative zeal, for the next opus he decided to establish certain constraints. Firstly, that the music should sound live, spontaneous — to which end an old tape machine was marshalled; a live show cannibalised. Second, that each track should feature drums, guitar, electronics and bass, no more, or a combination of any three, notably the artist's hitherto neglected ‘first love’, electric bass (how sentiment threatens to quash the scientific). Four, all other whimsy such as melody would be stripped away. Fifthly, finally, and most brutally, only the best six tracks would make the cut. The day
of the record’s release, I came across Johannes d’Hoine in the streets of Antwerp. Peering into the void of a baroque church, he looked somehow reduced. To raise his spirits, I piled praise on the record. Less is more, he muttered strangely. Kill your darlings! But I saw that, though the music lived, something in d’Hoine had died; he and Doe One did not
speak again. [Text: Clodagh Kinsella]

рецензия

Думаю, можно не говорить, почему Ханнес это записал – весь порядковый нейминг записи сходу сообщает о клаустрофобии (а одномоментно – и о зависти к лишенным ее), которую некоторым из нас пришлось пережить. Как – небольшие ограничения, которые Ханнес поставил себе сам, перечислены прямо в сопроводительном тексте. Комнатная запись как живая сессия с выбором четырех источников звука, включая бас-гитару вместо обычного акустического инструмента исполнителя, отказ от излишнего мелодизма, строгая выборка конечного материала.
Д’Ойне и раньше был странным образом легок и крайне прост в игре, которая то и дело скакала по музыке до Фила Спектора, раннему джазу и европейской псевдонародщине. Но «Horror Vacui» – так вообще почти чистая поп-запись. Уж не знаю, виной тому сами острые переживания последних месяцев или же внезапные чувства от воссоединения с «отвергнутой любовью» – именно так Ханнес называет электрический бас. И чувства действительно сильные – только послушайте, как взятые Ханнесом ноты рикошетят от стен его комнаты в первом же треке.
Я, честно, не вспомню ни одного аудиодневника изоляции, который был бы так же пронзителен при всей скупости выбранных средств, не уходя при этом ни в деланное отстранение, ни в поточное изливание накопившегося. Каждый трек отсюда – четкое, взвешенное, но по-человечески эмоциональное определение тех состояний, которые застигли Ханнеса – от наблюдения за уличными пьяницами до ощущения заточения в пещере.
На что стоит обратить внимание отдельно – на электронные пассажи, то дублирующие остальные инструменты, то умолкающие, как только слово предоставляется исключительно им. Если в данном контексте можно было подобрать лучшую метафору опустошения и стеснения – то я ее не знаю.

 

Артем Абрамов для STELLAGE